Рус Тат
Официальный сайт
Нижнекамского
муниципального района
Республики Татарстан
Официальный сайт
Нижнекамского
муниципального района
Республики Татарстан
Почти как Бианки: за что школьница из Нижнекамска получила международную премию
Культура
  • 27 Февраля 2017 - 09:04
  • Просмотров: 478

Восьмиклассница из Нижнекамска Регина Валиева со своим рассказом «Лесной детский сад» получила Международную литературную премию имени Виталия Бианки. Предлагаем читателям оценить историю про маленьких ежат – трагичную и трогательную.

«Это лето было, пожалуй, самым замечательным в моей жизни. И вовсе не потому, что в самом его начале родители опять отправили меня в деревню к бабушке. И даже не потому, что за все лето я вдоволь наплескалась в деревенской речушке, наловила много рыбы, ездила с дядей на сенокос и собрала не одно ведро ароматной лесной земляники. Просто лето в этом году было особенным.

Думаю, не каждый городской подросток знает, как держать в руках косу. Настоящую, ту, которой раньше сено косили. Это сейчас у всех сенокосилки и тракторы. Так вот однажды, собираясь с дядей на сенокос, мы решили тряхнуть стариной и взять с собой не суперсовременную сенокосилку, а самую обыкновенную косу. Бабушка на это наше чудачество только улыбнулась, и наказала нам вернуться к вечерней дойке.

От запаха луговой травы у меня приятно кружилась голова. Солнышко, казалось, решило продемонстрировать мне все прелести сельской работы на солнцепеке и палило нещадно. Слабый ветерок обдувал приятной прохладцей мое разгоряченное лицо. А березовая рощица хлопала в ладоши озорному ветерку. «Красота! Вот бы ежика, или ужика какого встретить», - подумала я, и не успев озвучить свою мысль, внезапно отпрянула назад. Моя рука с косой так и повисла в воздухе.

Передо мной в густой траве в небольшой ямке лежало то ли гнездо, то ли нора. Мой мозг лихорадочно соображал. Если хозяин этого сооружения птица, то это гнездо, если зверек – то нора. Только где хозяин? Я осторожно развела руками травку и застыла в умилении и изумлении. В маленькой норке копошились крохотные ежики. Малышей было пять. Только где же их мама? Обычно ежиха редко оставляет своих малышей надолго. И вот тут случилось непоправимое.


Ежиха, видимо, приняв блестевшую в траве косу за серьезного врага, молниеносно прыгнула на остро отточенное лезвие. Из перерезанного животика ежихи и из моих глаз одновременно брызнули, как сказала бы наша биологичка, «биологические жидкости». Только если в моем случае это были слезы, то мама ежат уже истекала кровью. Пара секунд и я, наконец, услышала свой надрывный крик, переходящий в визг. В панике ко мне подбежал дядя. Он быстро осмотрел ежиху, тяжело вздохнул и принялся выкапывать под ближайшей березкой небольшую ямку. Ежиху мы хоронили молча. Хуже всего было то, что во всем произошедшем я винила себя, эту треклятую косу, солнышко, которое все так же улыбалось в ответ на мои душевные муки.

Тяжело вздохнув, дядя снял свою кепку и по одному закатал в нее ежиную малышню. «Погибнут они без мамы. Попробуем выходить! - хмуро сказал он, и уже обращаясь ко мне, скомандовал: «Лилька, хватит реветь. Держи своих сиротинушек». Дома бабушка, увидев лесных гостей, всплеснула руками и сразу выдала мне огромные холщовые рукавицы. Хоть и малы были ежики, а иголочки то у них уже кололись - будь здоров! Вот так у нас дома появился лесной детский сад.


Ежики были махонькие. Глазки малышей были еще закрыты, острые носики фыркали, как только к ним кто-то приближался, а сами малыши как по команде скатывались в половинчатые колючие шарики. Дома мы переложили ежиков в теплую дедову шапку-ушанку, внутрь которой засунули предусмотрительно захваченную нами с Дарьин-луга их собственную норку.

Первым делом надо было научить ежат кушать. Своими маленькими ротиками ежиная малышня не могла схватить ни одну из имеющихся дома резиновых сосок. «Ну, не умирать же им с голоду», - сказала бабушка и надела на маленький шприц резиновый наконечник от пипетки. Этим нехитрым приспособлением я и начала выкармливать малышей. Четверо из ежат быстро приноровились к такой необычной процедуре кормления. А вот один из выводка был очень слаб и никак не мог взять в ротик импровизированную соску.


Словом, теперь я все свое время проводила рядом с «лесным детским садом». Подруга Галка подменяла меня, когда мне приходилось отлучаться, чтобы выполнить мелкие поручения бабушки. Вместе с Галкой мы придумали всем малышам смешные клички и уверенно различали их. Ежата уже не боялись меня. С каждым днем они становились все шустрее и шустрее. Вскоре к молочку, которым я выкармливала их в первые дни после смерти ежихи, бабушка добавила белую булку. Я старательно отмачивала теплый белый мякиш в молоке и, отщипывая небольшие кусочки, засовывала хлеб в ротики ежат. Четверо ежат ели старательно, ухитряясь не уронить ни крошки. Расстраивалась я только глядя на самого слабенького малыша. Собственно, я так и назвала его - Малыш. Он был намного слабее своих братьев и сестер, ел мало и вяло, почти не двигался, в клубочек не сворачивался. Вскоре он умер. Я горько плакала над маленьким тельцем и пообещала себе сделать все, чтобы мои ежата повзрослели.


Совсем скоро ежата стали выходить из своей норки. Глазки их полностью открылись. Очень интересно было наблюдать за ними, когда они по одному высовывали свои острые фыркающие носики из норки, принюхивались и кубарем скатывались на пол. Дальше они вереницей шли «в разведку». Впереди всех важно выступал Кузя, за ним тихонько перебирал лапками Задира, а Лапуся и Маня замыкали шествие. Сложно сказать, почему ежики вылезали из норы цепочкой. Тогда я об этом не задумывалась. Лишь позднее прочитав про повадки ежей, я узнала, что такое поведение им не свойственно.

Так или иначе, мои подопечные с каждым днем становились смелее, задиристей и начали предпринимать попытки самостоятельных одиночных вылазок. Бабушка посоветовала перенести их шапку-норку в сад. Вскоре я заметила, что мои ежики бегают по саду и пробуют на зуб все, что там находят. У малышей появились и свои вкусовые предпочтения. Если Кузя мог «отдать полцарства» за морковку, то Лапуся предпочитал лакомиться яблочками. Маня и Задира, по-прежнему, с удовольствием ели белый хлеб и пили молоко.


Жилось моим ежикам очень вольготно. Они подружились с бабушкиным котом Мультиком, который делился с малышней своим уловом. Мышата, пойманные Мультиком, шли у ежат, что называется «на ура». Любили ежики коротать свое время в курятнике в ожидании свежеснесенного яйца.

За два месяца проведенные среди людей, ежата окрепли и значительно подросли. Я начала замечать, что Кузя и Задира иногда пропадают куда-то, и только ближе к вечеру возвращаются в свою норку. Пришло время отпустить моих питомцев на волю. Впереди была дождливая осень и долгая зима. Моим малышам предстояло научиться самостоятельно добывать пищу и строить свой собственный домик. Мне было и грустно, и радостно одновременно. Я смогла выкормить малышей! Я не дала им погибнуть! Осознание этого и стало для меня вознаграждением за все те трудности, с которыми мне пришлось столкнуться, ухаживая за своим «детским садом».

Шли последние дни августа. Я всячески оттягивала отъезд из деревни, не желая расставаться с уже подросшими ежиками. Они чувствовали себя во дворе полноправными хозяевами. И вот в один из дней двое из них попросту не вернулись из своей ежедневной лесной прогулки. Вскоре исчезли и оставшиеся два. Мне ничего не оставалось, как упаковать свои вещи, мысленно проститься с лесом и лугами, последний раз погладить кота Мультика, смахнуть набежавшую слезинку, крепко поцеловать свою добрую бабушку и уехать в город».

Вот такой рассказ от нижнекамской школьницы... А для тех, кто вспомнил детство и Виталия Бианки - мультфильм по одному из самых известных его произведений - "Мышонку Пику".

Система Orphus
Текст сообщения*
Читайте также
Показать еще